Какие-то имплицитные. Коменнтарий "Новой газеты" о проигрыше Сечину

11 Октября 2016

10 октября Басманный суд Москвы удовлетворил в полном объеме исковые требования главы «Роснефти» Игоря Сечина, обидевшегося на публикацию «Секрет «Принцессы Ольги». Вряд ли кто-то не в курсе, о чем идет речь, но все же напомним. В тексте Романа Анина рассказывалось о том, как жена госбизнесмена подолгу отдыхает на одной из самых роскошных в мире яхт, только аренда которой может обойтись в 1 млн долларов за неделю.

К суду мы были готовы, поскольку единственные сведения, изложенные в этой публикации — об отдыхе Ольги Сечиной, — подтверждались стопроцентно, причем и ею самой (дважды). Сначала, когда она опубликовала фото на своей странице в Инстаграм, и потом — когда подала иск к «Новой газете» о вторжении в частную жизнь. Иск этот, правда, был оставлен без движения, зато принят в работу иск ее мужа — уже на предмет недостоверной информации, умаляющей честь и доброе имя.

Вообще-то мы поначалу растерялись: тут, как в анекдоте: либо это было давно, либо это неправда… Но в итоге оказалось еще фееричнее.

Представители истца как раз факты опровергать и не хотели, посчитав, что они не относятся к предмету иска, и уворачивались от прямых вопросов и попыток приобщить к делу документы, как дети от мяча в «вышибалах».

По их мнению (которое, увы, разделил и суд), к предмету иска относилось то, что придумал и изложил в своем заключении их эксперт-лингвист: исключительно фантомы, которые представители Сечина наукообразно именовали «скрытыми утверждениями», основанными на каких-то очень замысловатых ассоциативных цепочках.

Ну это — как в другом анекдоте. Едет мужик в электричке, видит — стоит молодая женщина. Решил место ей уступить и говорит: «Рыбонька, садись». А у той в голове как раз такая ассоциативная цепочка: рыба — это щука, щука — это зубы, зубы — это собака… «Граждане, он меня сукой обозвал».

В роли обидчивой дамы выступила доктор филологических наук, профессор МГУ Мария Шульга, которая и обнаружила в тексте статьи неизвестные науке и праву «скрытые утверждения», которые, по мнению представителя истца, и подвели многочисленных читателей к неким «конкретным выводам» (читатели, впрочем, опрошены не были, а каким образом в сотнях тысяч голов образовались одни и те же выводы, пояснено не было).

Исследование Шульги впечатляет не только объемами, но и научной смелостью.

Например, о том, что Игорь Сечин или его жена являются собственниками шикарной яхты (заметьте, в статье это не только не говорилось, но даже высказывались сомнения по этому поводу. — Ред.), экспертом вывод был сделан вот на каком основании.

Цепочка ассоциаций. «Фактуальный аргумент. 1. Род занятий и временная последовательность событий: акцентируется внимание на том, что ранее Игорь Сечин «курировал российское судостроение», а через несколько лет «судостроительная компания Oceanco из Нидерландов» спустила на воду яхту. <…> Применен прием искусственного конструирования аргументации, суть которого состоит в следующем: «После, значит, вследствие».

Дальше — больше: «Таким образом, мы имеем в публикации следующую совокупность сведений об имуществе, имеющем отношение к Игорю Сечину: «Яхта «St.Princess Olga» является имуществом Игоря Сечина и/или его жены» (имплицитные сведения, скрытое утверждение) <…> Яхта <…> принадлежит компании с Каймановых островов <…>. До сегодняшнего дня имя владельца <…> держалось в строгом секрете».

И — вывод, который сам по себе может стать предметом иска к эксперту о защите чести и достоинства: «Из смысловой и логической структуры данных сведений следует семантическое следствие, которое может быть верифицировано следующим образом: «Игорь Сечин скрывает информацию о своем зарубежном имуществе» (хотя в самой статье об этом и буквы нет. — Ред.).

О том же, что публикация носит негативный и порочащий характер, доктор Шульга, в частности, пишет вот что: «Жанр журналистского расследования и авторское участие редактора отдела расследований <…> предполагают появление и обсуждение негативной информации, скрываемое от общественности».

То есть если бы текст был подписан редактором отдела культуры, то никакого негативного характера найти бы не получилось.

И вот битые три часа мы обсуждали не факты, изложенные в статье, а домыслы эксперта, которые теперь и должны опровергнуть.

Поэтому как-то считать себя проигравшими не хочется. И не только потому, что будем подавать апелляцию: даже если и там суд встанет на сторону Сечина — ну опубликуем опровержение того, чего в тексте не было. Зато, следуя «ассоциативной цепочке» «скрытых утверждений», можно уже сейчас сделать вывод: раз ничего иного истец не оспаривал — значит, все остальное (то есть все действительно изложенное в статье) — правда.

P.S.

Просим не считать подпись информацией, носящий негативный и порочащий характер.

P.P.S.

Если же серьезно, то подобное решение создало весьма опасный прецедент: теперь иски можно подавать не только по поводу сведений и фактов, изложенных в журналистских публикациях, но и по поводу того, как они интерпретированы тем или иным лицом. А ведь кто-то может обидеться и на прогноз погоды, усмотрев в нем нечто, приносящее ему моральные страдания.

Источник: "Новая газета"