Почему поправки в ГК сделают работу СМИ невозможной

3 Марта 2013

Новый ГК может обогатиться нормами, нарушающими несколько законов и входящими в прямое противоречие с постановлением Пленума Верховного суда о гласности судопроизводства. При этом многие положения, ограничивающие работу СМИ, невозможно будет выполнить чисто технически. Пострадает и медиа-бизнес, и гражданское общество, уверены в Общественной палате.

Изучив проект поправок в 8 главу ГК, касающихся урегулирования защиты нематериальных благ, в Общественной палате пришли к выводу, что в таком виде закон "крайне негативно" скажется не только на СМИ, работу которых он напрямую ограничивает, но и на развитии общества. Закон, говорят в ОП, "ущемляет базовые права и свободы" на получение информации, гарантированные Конституцией. А главный редактор МК Павел Гусев вообще назвал его "уничтожением гражданского общества".

Основная проблема, уверены критики закона, — это неясность формулировок, предполагающих широкое толкование. "Предлагаемые разработчиками формулировки статей крайне неудачны и приведут к существенным ограничениям профессиональной деятельности журналиста", — говорится в заключении на проект, которое в ОП подготовили по результатам общественной экспертизы. Его авторы предлагают депутатам убрать спорные поправки и не рассматривать их во втором чтении, которое должно пройти уже в марте. Но в такой вариант развития событий, как оказалось, не верит даже первый замглавы думского комитета по связи Леонид Левин, единственный представитель Госдумы на этих слушаниях: "Мы должны понимать, что живем в сложном обществе, инициативы ряда депутатов, наших ресурсов недостаточно, чтобы повлиять на ситуацию, — объяснял он. – Эти поправки не принимают во внимание новые реалии развития интернета, их эффективность будет невысокой. Принятие [такого закона ] будет иметь негативные последствия для медиа-бизнеса".

Новые нормы закона, предполагающие даже "изъятие и уничтожение" тиража, если "опровержение невозможно довести до всеобщего сведения", значительно осложнят работу прессы, уверены представители СМИ. "Мера явно необоснованная", — прокомментировал возможность уничтожения носителей директор договорно-правовой дирекции НТВ Антон Жаворонков. "Фактически такой закон парализует обмен информацией не только в СМИ, но и в стране", — заявил глава юридического отдела газеты "Ведомости" Владимир Румянцев.

Прежде всего, это касается добывания информации и защиты источников. Так, ст. 152.2 "Охрана частной жизни" запрещает "не только распространение, но сбор и хранение любой информации о частной жизни гражданина" без его согласия. "Данная норма нарушает положения закона о СМИ, в соответствии с которыми журналист имеет право искать, запрашивать, получать и распространять информацию, и ФЗ "О персональных данных" 2006 года, [который] освобождает журналиста от обязанности заручаться согласием гражданина при их обработке", — отмечают в ОП.

Но самое главное, по словам судьи Верховного суда Вячеслава Горшкова, что четкого понятия "частной жизни", "с чего и надо было начинать", в законе нет. "В этой редакции он может [только] создать дополнительные проблемы, а не решить уже существующие", — сообщил он "Право.Ru". А Антон Жаворонков отметил, что закон "расширяет категорию частной жизни, включает в нее "информацию об иных фактах", под которые подпадают любые факты из биографии человека. Поправки полностью меняют действующую судебную практику по защите чести и достоинства".

"Особое удивление" в ОП вызвало "присутствие в перечне "сведений об участии лица в судопроизводстве", что не просто "никоим образом не может касаться только его" (определение КС от 2005 года), но и входит в прямое противоречие с постановлением Пленума Верховного суда 2012 года "Об открытости и гласности судопроизводства" и ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в РФ" от 2008 года.

В итоге неясность формулировок "приведет к тому, что публикация практически любого материала может" быть "признанной нарушением закона" и повлечь за собой "уничтожение тиражей издания".

Еще одним нововведением может стать опровержение всей статьи из-за опечатки. "Любое искажение имени гражданина (опечатка) влечет за собой жесткие санкции: опровержение, возмещение ущерба и компенсацию морального вреда. При этом чести, достоинства или деловой репутации искажение может и не затрагивать", — говорится в отзыве Общественной палаты.

Кроме того, фактически "уходит такая категория, как порочащая информация. Если СМИ распространяет просто недостоверные сведения, то это приравнивается к распространению клеветы", — отметил Жаворонков. Директор службы по мониторингу законодательства "Интерфакса" Оксана Коваленко уверена, что введение понятия "просто недостоверной информации приведет к тому, что любой факт может быть оспорен даже через 10 лет". "Достаточно будет просто заявления, что данные недостоверны, после чего они будут удалены. Эта статья предусматривает исключение из общего порядка судопроизводства, — заявила она. – От СМИ будут требовать либо удалить материа, либо раскрыть источники". "Право не называть источник информации – это основа работы журналиста", — согласился главный редактор "МК" Павел Гусев.

А Владимир Румянцев из "Ведомостей" предположил, что "недобросовестные компании попытаются запретить распространение информации" о них путем искусственного создания преюдиции. "Теперь они просто будут заявлять, что это недостоверные сведения, у нас есть решение суда, преюдиция, и никакие расследования [Алексея] Навального не появятся в СМИ, они все будут удаляться еще до публикации".

Алиса Штыкина

 Источник: "Право. Ру"