«УВЕЛИЧИЛСЯ УРОВЕНЬ САМОЦЕНЗУРЫ»

15 Декабря 2016

Международная неправительственная организация «Комитет защиты журналистов» назвал 2016 год рекордным по числу арестов журналистов в мире. Как следует из проведенной Комитетом переписи, лидером по количеству заключенных сотрудников СМИ стала Турция, обогнав Китай. В исследовании говорится о показательных случаях ограничения свободы слова и в России. О тенденциях этого года в российской журналистике Rus2Web рассказала глава межрегионального «Центра защиты прав СМИ» Галина Арапова.

Мы предоставляем юридические консультации журналистам по всей стране и ведем их судебные дела. Могу рассказать то, что мы видим по своей работе. Мы в этом году провели примерно 4,5 тыс. консультаций за год (это каждый день — около 50). Наши юристы вели около сотни судебных расследований. К нам обращаются журналисты от Владивостока до Ростова-на-Дону, из большинства регионов: Центральная Россия, Северный Кавказ, Москва, Санкт-Петербург и т.д. Везде наблюдаются примерно одни и те же тенденции. В наиболее активных городах (Владивосток, Воронеж, Екатеринбург и т.д.) медийная жизнь бурлит, и, соответственно, и проблем возникает больше.

Количество претензий к журналистам увеличилось, изменился их характер. Стало больше нареканий со стороны контролирующих органов, в частности, Роскомнадзора. Очень много претензий, связанных с экстремизмом. Увеличилось количество приговоров по делам об экстремизме, по ст. 282 УК Многие такие дела вызывали удивление: как в принципе это можно было выносить в суд? Я, конечно, не беру случаи, когда есть основания для привлечения к ответственности, потому что там откровенный язык вражды. Нас беспокоят дела, когда привлекают к ответственности за высказанную критику, суждения, где нет оснований даже для гражданско-правового спора. Например, дело о сепаратизме Дарьи Полюдовой в Краснодаре, где предметом уголовного преследования со стороны ФСБ стали ее записи в соцсетях. Уголовные дела по экстремизму, дошедшие до суда, почти все заканчиваются обвинительным приговором, стопроцентная обвинительная практика.

В этом году также выросло количество приговоров по клевете. Много предписаний, предупреждений о недопустимости злоупотребления свободой массовой информации — нарушении ст. 4 закона «О СМИ». Часто мы оцениваем претензии как необоснованные и выступаем на стороне журналистов, судимся по этому поводу с Роскомнадзором. В этом году стало довольно много исков к СМИ по защите чести и достоинства.

Показательны в этом году судебные процессы между Игорем Сечиным и федеральными средствами массовой информации относительно дачи в Барвихе, яхты. Очень настораживают размеры исков, то, что суды начинают выносить довольно жесткие решения по ним, в том числе, с уничтожением тиражей изданий (то, чего раньше не было). Это веяния этого года, новая тенденция, которая нас весьма настораживает. Фигура Сечина, видимо, сакральная для российских властей и судов. Судебная практика по этим делам очень опасна, потому что она потом будет применяться и в других делах, других регионах (и размеры компенсации, и уничтожение тиражей). 

По моему ощущению, очень увеличился уровень самоцензуры: редакции, журналисты стали осторожнее. На это существенно влияет и количество государственных СМИ, которые весьма лояльны и осторожны в своих публикациях. Поэтому основной градус критики и общественной дискуссии «переполз» в интернет. Тут возникает масса претензий, связанных с распространением информации пользователями сети. Если журналисты что-то не могут опубликовать у себя в СМИ, они часто пишут это у себя в Фейсбуке. Наблюдается тенденция смещения фокуса общественной дискуссии из средств массовой информации в сетевые издания и социальные сети.

Происходит закручивание гаек. Новых резонансных законов, ограничивающих свободу слова в этом году не появилось, но стали активно применяться статьи, которые были введены раньше: о сепаратизме (280.1 УК), клевете (ст.128 УК), гражданские дела, связанные с неприкосновенностью частной жизни, правом на изображения, правом на забвение. Такие дела начались буквально в этом году, идет раскручивание этой судебной практики, как я понимаю, — не в пользу свободы слова.

Источник: "Rus2Web"