Центр защиты прав СМИ
Защищаем тех,
кто не боится говорить

Дело «подводной лодки». Пензенский журналист девять месяцев судится с избиркомом за право присутствовать на подсчете голосов. Это важный прецедент даже после начала «спецоперации»

«У нас одна из самых открытых и прозрачных избирательных систем в мире», — сказала глава ЦИК РФ Элла Памфилова в интервью «РИА Новости» перед сентябрьскими выборами 2021 года. Спустя месяц пензенский журналист Евгений Малышев ходил вокруг избирательного участка в одной из местных школ и стучал в окна, потому что полицейские закрыли перед ним дверь, а наблюдатель от одной из партий вытолкнул его из спортзала, где члены УИК считали голоса. Изъяны в российском законодательстве о выборах играют на руку тем, кто предпочитает подводить итоги выборов без лишних глаз и камер — в режиме «подводной лодки». Как пензенский журналист отстаивает право избирателей знать, что происходит с их голосами, — в материале «7х7».

Как работает несправедливость

На осенних выборах в 2021 году видеоблогер Владимир Кузнецов и сценарист Екатерина Великая работали на избирательном участке № 76 в одной из пензенских школ. Екатерина была членом участковой избирательной комиссии с правом совещательного голоса, Владимир — наблюдателем от партии «Справедливая Россия — Патриоты — За правду!».

— Хотелось посмотреть изнутри, как работает несправедливость, — сказал Кузнецов.

Три дня голосования прошли спокойно. Но за полчаса до закрытия участка к участковой комиссии присоединились двое мужчин в спортивной одежде. Председатель УИК Татьяна Башкирова представила их как членов комиссии с правом совещательного голоса от партии «Родина».

— Когда члены комиссии начали вскрывать урны и сейф-пакеты, эти двое оттеснили нас с Владимиром от стола с бюллетенями, не давали следить за подсчетом голосов и фотографировать, — вспоминает Екатерина.

Кузнецов и Великая попытались возмутиться. На это мужчины в спортивных костюмах якобы посоветовали им «аккуратнее возвращаться домой, а то можно и не дойти».

Тогда Екатерина, по ее словам, пошла к дежурным полицейским, чтобы пожаловаться на угрозы и попросить помощи. Те ответили равнодушным взглядом и отказались представиться.

Владимир Кузнецов и Екатерина Великая позвонили пензенскому журналисту Евгению Малышеву, чтобы тот пришел на избирательный участок, пообщался со всеми сторонами конфликта и проверил информацию о том, что им мешают следить за подсчетом голосов. Евгений взял камеру, аккредитационное удостоверение Избирательной комиссии Пензенской области и приехал к школе.

На крыльце здания курили сотрудники полиции. Малышев показал им удостоверение, чтобы пройти на участок, но те кому-то позвонили, а потом зашли внутрь, захлопнули дверь и заперли ее изнутри.

В течение следующего часа журналист ходил вокруг школы, стучал в окна и двери, требовал пустить его внутрь. Вахтер за стеклом разводила руками и говорила, что не может открыть, если полицейские не разрешат. Сотрудники полиции ходили мимо окон, которые звенели от ударов Малышева, и делали вид, что не замечают его. Евгений вызвал наряд ППС, но полицейские снова отказались открыть дверь.

В час ночи Евгений Малышев нашел запасной выход из спортзала, где работала избирательная комиссия. Он попробовал войти в открытую дверь, но едва сделал шаг внутрь, мужчина в красном спортивном костюме вытолкнул его. Владимир Кузнецов позже сказал, что якобы этот же человек советовал ему «аккуратнее возвращаться домой».

Журналист так и не смог пройти на участок в ту ночь. Он написал жалобу председателю территориальной избирательной комиссии Наталье Зотовой. Спустя несколько недель она ответила, что права Евгения Малышева никто не нарушал и что это неизвестные лица якобы «проникли в помещение для голосования», «выломав дверь запасного выхода», что они «не представились и не предъявили никаких документов». На записях с камеры журналиста видно и слышно другое — как он показывал сотрудникам полиции и членам УИК свою аккредитацию, представлялся каждому, с кем пытался говорить.

По закону «Об основных гарантиях избирательных прав» наблюдатели имеют право следить за подсчетом голосов «в условиях, обеспечивающих им обозримость содержащихся в бюллетенях отметок избирателей», а журналисты с аккредитацией, как у Евгения Малышева, могут смотреть, как комиссии считают бюллетени. И наблюдатели, и журналисты своей работой дают избирателям знать, что происходит с их голосами, когда участки закрываются.

Чтобы защитить свое право на доступ к информации и право избирателей на честные выборы, Евгений Малышев при поддержке Центра защиты прав СМИ подал иск в суд.

Где еще журналистам не давали следить за выборами

В некоторых регионах РФ есть негласная традиция, по которой журналистов пускают на избирательный участок только до 20 часов. Потом двери закрывают.

Корреспондент «7х7» Максим Поляков вспомнил, как на выборах в Сыктывкаре в 2012 году журналистов не пускали на участки, даже если они опаздывали на четыре минуты.

На выборах в Краснодаре в сентябре 2020 года члены УИК 2004 мешали работать журналистке портала «93.RU» и выталкивали ее из кабинета.

В 2020 году журналисту «Медиазоны» Давиду Френкелю сломали руку на УИК 2219 в Санкт-Петербурге. По словам членов комиссии, Френкель якобы не пусках избирателей на участок, когда освещал досрочное голосование по поправкам к Конституции, и за это организаторы голосования хотели выдворить журналиста с участка.

На выборах в Санкт-Петербурге в сентябре 2021 года журналистов не пускали на УИК 133 из-за «санитарной обработки» — ее начали сразу после того, как наблюдатели заявили о попытке фальсификации результатов. А на участок, где должен был голосовать губернатор Александр Беглов, охранник ФСО не пустил аккредитованного корреспондента «ЗАКС.ру».

Нелепое стечение обстоятельств

На суде Евгений Малышев встретился с председателем УИК № 76 Татьяной Башкировой, которая работает школьным учителем истории. Она была недовольна тем, что выборы давно прошли, а ее отвлекают от дел.

Председатель сразу сказала, что журналист с аккредитацией мог пройти на участок, но она не виновата, что его не пустили полицейские:

— Никто из работников полиции не сообщал мне, что на участок прибыл журналист. Если бы я знала, то обязательно пропустила бы его.

Журналист напомнил Башкировой конфликт у запасной двери, который сложно было не заметить. Та ответила, что это была «провокация неизвестного, направленная на срыв выборов».

— Ночью раздался шум, произошел очень грубый взлом двери. Было очень страшно, поверьте, — рассказала она судье.

— Я не знала, что это был журналист. Я видела, что его выдворили, и мы продолжили вести подсчет голосов.

Малышев предложил суду найти и привлечь к ответственности сотрудников полиции, которые не предупредили председателя УИК о журналисте возле входа. Татьяна Башкирова не согласилась: «В ситуации никто не виноват. Это было просто нелепое стечение обстоятельств».

Но полицейским все-таки пришлось прийти на одно из заседаний. Майор Сергей Майкенов, который захлопнул дверь центрального входа перед корреспондентом, сказал, что про журналиста слышит впервые.

— Малышев предъявлял вам свои документы, в том числе удостоверение журналиста? — спросил полицейского юрист Центра защиты прав СМИ Вячеслав Пупыкин.

— Я такого не помню, — ответил майор Майкенов.

Юрист предложил суду посмотреть видеозапись — на ней Сергей Майкенов закрывает дверь перед Малышевым. Полицейский сразу вспомнил тот воскресный вечер:

— Я стоял на улице, подошел неизвестный гражданин, сказал, что хочет пройти. Я пояснил, что избирательный участок закрыт, и зашел обратно.

Журналист и его защитник в ответ включили суду другое видео — то, на котором Малышев показывал майору документы через окно и кричал про нормы закона «Об основных гарантиях избирательных прав». Коллега Майкенова, водитель полицейского автомобиля Даниил Пивняк косвенно подтвердил, что случилось во время подсчета голосов, когда через запасную дверь вошел журналист:

— Рядом находились наблюдатели, они быстрым шагом туда подошли, удалили его из помещения. Там все так быстро произошло, что он [Евгений Малышев] даже сказать ничего не успел.

На суде Малышев узнал имя мужчины, который носил красную спортивную форму. Это был Дмитрий Михейкин, и он на самом деле работал в статусе члена комиссии с правом совещательного голоса от партии «Родина». Когда Михейкин выходил в холл, Малышев показывал ему свои документы сквозь стекло. Но на суд член УИК с правом совещательного голоса не пришел.

Судья Елена Макушкина послушала оправдания председателя Татьяны Башкировой и ответы полицейских, посмотрела видео с камеры журналиста, а потом прекратила производство по делу. В своем определении она написала, что Малышев не был ни избирателем, ни кандидатом, поэтому не может защищать свои права. Хотя Евгений оспаривал другое — позицию участковой комиссии, которая не давала ему, журналисту, проверить, честно ли считает голоса.

Скоро новые выборы

Сопредседатель движения в защиту прав избирателей «Голос» Станислав Андрейчук считает то, что произошло в Пензе, обычным делом: «После того, как участок закрылся на подсчет, туда даже пожарных не пускают. Считается, что УИК должен перейти в режим „подводной лодки“».

Юрист Вячеслав Пупыкин с режимом «подводной лодки» не согласен. В законе о нем нет ни слова, говорит он: участок закрывается для того, чтобы избиратели не голосовали после 20 часов, а не чтобы защитить подсчеты «от ненужных глаз и видеокамер».

В марте 2022 года Пупыкин подал жалобу на определение судьи. Иначе, боится он, избирательные комиссии так и будут закрывать двери перед журналистами:

— Право следить, как УИК считает голоса, надо защищать всеми возможными способами, чтобы впредь недобросовестные члены комиссии не чувствовали себя безнаказанными и хорошо подумали перед тем, как выгонять журналиста с участка. Да и с наблюдателями надо вести себя поскромнее, а не с позиции силы.

Частную жалобу юриста 9 июня рассмотрел Пензенский областной суд. Председатель УИК Татьяна Башкирова в этот раз на заседание не пришла — работала на ЕГЭ. Вместо нее сторону комиссии представила юрист ТИК Альфия Панцырева. Она почти повторила слова Башкировой:

— Скоро уже новые выборы начнутся, а мы со старыми разобраться не можем.

Судья Лариса Николаева увидела ту же законодательную коллизию, которая помешала Малышеву и Пупыкину выиграть первый суд: журналист имеет право работать на выборах, но оспаривать действия избирательной комиссии могут только избиратели или участники референдума. Она решила, что дело стоит рассмотреть еще раз. Евгений Малышев и его юрист готовятся к новому суду.

Вячеслав Пупыкин говорит, что решение по иску Малышева может повлиять не только на пензенских журналистов. На выборах в 2022 году уже не будет членов УИК с правом совещательного голоса — этот статус убрали из законодательства депутаты Госдумы. За подсчетом голосов смогут следить только наблюдатели и журналисты, которым повезет оказаться внутри участков.

Сопредседатель движения «Голос» Станислав Андрейчук считает, что российское законодательство о выборах было «неплохим», пока за 20 лет в него не внесли 140 поправок.

— Если освободить законы от большинства из этих поправок, они станут приличными, — сказал Андрейчук «7х7».

Выборы станут прозрачнее, если отменить электронное и досрочное голосование, которые сложно контролировать, говорит эксперт. Еще он предлагает разрешить людям приходить на избирательные участки и наблюдать, как члены комиссий считают голоса. Причем приходить даже без статусов и аккредитаций.

 

Источник: 7х7

Фото: pexels.com