С 10 июля в Петербурге как минимум трех человек арестовали за демонстрацию экстремистской символики из-за старых ссылок на Facebook и Instagram (принадлежат компании Meta, которая признана экстремистской и запрещена на территории РФ). Среди них — двое кандидатов на предстоящих выборах и градозащитник. Разбираемся с юристом, можно ли считать эти дела началом новой правоприменительной практики или статья используется точечно, чтобы отстранить кандидатов от участия в выборах.
Суд в Петербурге 10 июля арестовал на 10 суток градозащитника Олега Мухина и депутата от КПРФ Ивана Апостолевского по статье о демонстрации экстремистской символики (ст. 20.3 КоАП РФ). Поводом стали ссылки на Facebook и Instagram (принадлежат компании Meta, которая признана экстремистской и запрещена на территории РФ) в их старых постах в VK: у Мухина — за 2020 год, у Апостолевского — за 2018-й. В протоколе Апостолевского сказано, что размещение ссылок на запрещенные соцсети в открытом доступе – это их популяризация.
14 июля Ленинский суд Санкт-Петербурга арестовал активиста Ярослава Кострова, который также выдвигается кандидатом на выбор от партии «Справедливая Россия». Как рассказала защитница Ирина Баханович, поводом для протокола стал пост 2021 года в сообществе «Центральный район за комфортную среду обитания» в VK, содержавший ссылки на соцсети. По словам адвоката, Костров не был администратором этой страницы.
В случае вступления решений суда по статье о демонстрации экстремистской символики в законную силу, Костров и Апостолевский в течение года не смогут участвовать в выборах в качестве кандидатов.
КОММЕНТАРИЙ ЮРИСТА
До появления данного прецедента считалось, что наличие личных аккаунтов пользователей в Facebook* и Instagram* не запрещено, также не было практики привлечения к ответственности за публикации в этих соцсетях. Сам факт публикации или ссылки на них не считались символикой, что логично. Обширная судебная практика привлечения к ответственности за демонстрацию запрещенной символики была исключительно за публикацию логотипов, иконок Facebook* и Instagram*, но не ссылок на публикации в этих соцсетях.
Например, 3 июля 2026 года уральского правозащитника Алексея Соколова приговорили к двум годам принудительных работ за «неоднократном публичном демонстрирование символики, демонстрирование которой запрещено». Речь шла о логотипе Facebook* в постах в телеграм‑канале.
Очевидно, судебная практика не стоит на месте, и, если решения по этим трем делам устоят, распространение гиперссылок на аккаунты или материалы в запрещенных соцсетях уже смогут и дальше расценивать как публичную демонстрацию символики экстремистской организации, а призыв к переходу по ссылкам и подписке на аккаунты – как популяризацию и пропаганду запрещенных на территории РФ социальных сетей.
Так как в российской судебной практике интернет-публикации признаются длящимися правонарушениями, то к ответственности могут привлечь за гиперссылки, опубликованные и пять, и восемь лет назад – несмотря на то, что Минюст внес компанию Meta Platforms Inc*. в реестр экстремистских организаций осенью 2022 года.
Такую позицию ранее подтвердил Конституционный суд определением №575-О от 28 марта 2024 года. Значение имеет не дата публикации, а то, остается ли символика экстремистской организации доступной неограниченному кругу лиц. После признания организации экстремистской публичная демонстрация ее символики запрещена, поэтому ранее размещенные материалы должны быть удалены или отредактированы.
Более того, контролирующие органы могут расценить гиперссылки на запрещенные ресурсы нарушением Федерального закона № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Пункты 8 и 11 запрещают распространение информации с гиперссылками, которые облегчают доступ к ресурсам, внесенным в Единый реестр запрещенных сайтов.
Тем не менее, пока вынесенные в Санкт-Петербурге судебные решения не выглядят как целенаправленное расширение толкования «демонстрации запрещенной символики», а скорее представляют собой политический ход, целью которого является создать препятствие конкретным политическим активистам баллотироваться на выборах.
ЗАКОН И ПРАКТИКА
К экстремистской символике относится:
- нацистская атрибутика или символика, сходная с нацистской до степени смешения;
- символика организаций, признанных судом экстремистскими или террористическими.
Согласно пункту 4 статьи 1 Федеральный закон от 25.07.2002 N 114-ФЗ (ред. от 27.10.2025) «О противодействии экстремистской деятельности» символика экстремистской организации – это символика, описание которой содержится в учредительных документах организации, признанной по решению суда экстремистской или террористической.
На практике это понятие применяется гораздо шире, символикой признают любые знаки, логотипы, изображения, которые ассоциируются с экстремисткой организацией. Чаще всего по этой статье привлекают за демонстрацию нацистской символики и сходных с ней изображений, например коловрата, а также символики организаций, признанных экстремистскими: логотипов АУЕ**, ФБК*, фотографий самого Алексея Навального и других материалов. Логотипы Facebook* и Instagram* суды однозначно признают символикой экстремистской организации компании Meta*.
*Организация, признанная экстремистской и запрещенная на территории Российской Федерации.
**Движение, признанное экстремистским и запрещенное на территории Российской Федерации.
